Пехотинцы
Подхожу – они окружили его со всех сторон. На земле лежит, озирается как загнанный волк раненый обер-лейтенант. Ему, видишь ли, задницу осколком продырявило, и он, поэтому убежать не смог. Я протиснулся сквозь толпу, гаркнул своим: «Ну-ка тихо! Это пленный! Чего ржете как жеребцы? Позовите санинструктора!» А немец еще совсем молодой парень, лицо в пыли, мокрые волосы. По лицу со лба течет пот и оставляет следы, а глаза злющие-злющие. Присел, рассматриваю его… Он вдруг как плюнет блядь. Да прямо в лицо…
Помню, как мы затаскивали 45-мм орудие на второй этаж, чтобы стрелять по корпусу училища, размещенном в старом крепостном здании с толстыми каменными стенами. Перед училищем была большая открытая площадь, вымощенная камнями, мы пытались ночью подобраться к училищу через окрестные дома, прилегающие к площади, но тут появился наш командир, майор Белаш, и приказал: "По площади, ползком, вперед!", а там каждый метр пристрелян... Не атака, а настоящее самоубийство. В этот момент был смертельно ранен в живот мой товарищ Бабенко...
Только через мост перешли - первый бой, в нем нашего командира взвода убило, Толстопятова. Отошли от водохранилища, а там кругом немцы были, мы видим - стоит их легкий танк, мы сразу же бросились в наступление, не воевали ведь никогда, командир взвода у нас носил фуражку с красным околышем, вместо того чтобы снять ее, его сразу снайпер и убил. Вот мы в наступление пошли, у нас в роте дали ПТР одному курсанту, он сроду из него не стрелял, так его сразу ранило, тогда командир роты взял ружье, танк этот подбил.
Откуда там взяться друзьям? Вокруг тысячи разных, чужих людей, от которых не знаешь чего ожидать. Даже тот Гриша, с которым мы вместе побежали, хотел мне что-то о себе рассказать, но так и не решился. Я боялся за свою жизнь, и ни с кем не сближался. Жил и дрожал... Не думал ни о чем, и ни о ком, даже о своих родных почти не вспоминал, была только одна мысль - как бы выжить... У меня нет сил вспоминать все это... Даже когда по телевидению показывают передачи про концлагерь, я сразу переключаю...
"Ствол длинный, жизнь короткая", "Двойной оклад - тройная смерть", "Прощай, Родина!" - всё это фронтовые прозвища артиллеристов орудий калибра 45, 57 ...
Впервые полная история войны в одном томе! Великая Отечественная до сих пор остается во многом "Неизвестной войной". Несмотря на большое количество книг об отдельных сраж...
Мы используем файлы cookie, чтобы сделать использование сайта более удобным. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь на их использование. Подробнее — в нашей политике конфиденциальности.
Вознаграждение
Заполните это поле
Пожертвование
0 ₽
Количество подарков
Итоговая сумма: